Валерий Гартунг и Яна Лантратова о госуправлении в тарифном регулировании

Валерий Гартунг:

- Уважаемый Сергей Анатольевич, этим законом даём дополнительные полномочия ФАС. Фактически ФАС в досудебном порядке сможет устанавливать тарифы, если устанавливает нарушение при их установлении. У меня вопрос такой. Как ФАС планирует контролировать инвестиционные программы, часть которых включается в состав тарифов? И второе – закупки. Как мы знаем, у нас есть закупки взаимозависимых лиц, где можно без конкурентных процедур закупать, так вот это вот естественная монополия, и они очень серьёзно этим пользуются. Вот как ФАС будет в этой части контролировать состав затрат, которые включаются в тариф? Спасибо.

Сергей Пузыревский:

- Уважаемый Валерий Карлович, спасибо большое за ваш вопрос. Что касается контроля инвестиционных программ. Ну, во-первых, здесь нужно разделить, наверное, на две части этот контроль.

Первый – технический – какие мероприятия исполнены, полностью ли они исполнены и могут ли они быть приняты в эксплуатацию, и так далее. Здесь вопрос, скорее, технический, который соответствующие органы исполнительной власти (в том числе Ростехнадзор, Минэнерго) осуществляют при приёмке выполненной инвестпрограммы.

А второй вопрос экономический, сколько стоили эти мероприятия. И здесь уже вопрос, конечно, региональной энергетической комиссии и полномочия ФАС по проверке такой экономической обоснованности стоимости реализации инвестиционной программы. Очень часто, когда мы принимаем решение об исключении, такую проверку, значит, региональные органы регулирования не проходят, и нам приходится принимать решение об исключении средств, необоснованно учтённых в инвестпрограмме, которые соответственно не были израсходованы. Это первое.

Второе, что касается закупок. Мы имеем дело, конечно, с теми субъектами, которые попадают под действие 223-го федерального закона о закупках отдельными видами юридических лиц, это субъекты естественной монополии, естественно, они должны обеспечить прозрачные процедуры закупок. И в тех случаях, когда такие процедуры не проходят, у нас есть отдельное полномочие, которое не предусмотрено тарифным регулированием, а установленное антимонопольным законодательством, рассматривать жалобы на такие закупки. И, к сожалению, достаточно часто такие нарушения мы выявляем, в связи с чем соответствующие затраты в тарифы не попадают, либо попадают затраты в экономически обоснованном размере, если соответствующий товар закуплен с нарушением и по завышенной цене, то, естественно, эта завышенная цена не включается.

Поэтому и ту, и другую работу мы будем продолжать проводить. И в рамках реализации этого законопроекта, надеемся на то, что она станет более эффективной. Спасибо.

Яна Лантратова:

- Уважаемый Сергей Анатольевич! Я почитала мнения экспертов и общественности.

Вот такой вопрос. В случае неоднократного (два и более раза в год) неисполнения региональным органом предписаний ФАС служба получает право самостоятельно пересмотреть предельные уровни цен на розничных рынках. Но получается, что люди могут ждать этих изменений о высоких тарифах целый год, а то и больше.

Вот рассматривался ли ФАС более сжатый период, срок для самостоятельного пересмотра предельных цен, ну, например, полгода? Спасибо.

Сергей Пузыревский:

- Яна Валерьевна, спасибо большое за ваш вопрос. Действительно, он полностью обоснован и хочу сказать, что на сегодняшний день в текущем регулировании это вообще происходит в следующем периоде, то есть год проходит, решение даже принято, но исполнено оно будет только через год. И в этом отношении, конечно, потребители действительно страдают. Потому что в следующем году будет другой состав затрат и, в общем-то, это может быть даже незаметно. Поэтому, первое, законопроект предусматривает такие изменения тарифа уже в этом периоде. А второе, сроки, на которые устанавливает Федеральная антимонопольная служба, составляют, как правило, один месяц. И в этой ситуации один месяц, значит, на исполнение, не исполнили еще один месяц решение об исполнении, соответственно, два месяца. И дальше соответственно уже принятие решения непосредственно на федеральном уровне. Мы рассчитываем, что это будет даже быстрее, чем полгода с принятием этого законопроекта. Спасибо.

Валерий Гартунг (выступление от фракции):

- Уважаемый Иван Иванович (Мельников, Первый заместитель Председателя ГД – Прим. ред.), уважаемые коллеги!

У нас позиция более последовательная, чем у КПРФ, стратегически они считают, что надо всё собирать и контролировать, но давать полномочия ФАС для того, чтобы они это осуществляли, не готовы. Мы же считаем, что есть только два способа контролировать тарифы: либо это рынок делает, конкурентная среда, либо если невозможна конкурентная среда, то тогда жёсткое регулирование, но при этом должны быть полномочия у ФАС, потому что это единственный орган, который уполномочен это регулировать, контролировать.

И еще хочу сказать, что ФАС контролирует, например, расходы, но при этом в этом зале дано полномочие субъектам, которые работают по 223-ФЗ, а это как раз естественная монополия, закупки осуществлять у зависимых лиц без проведения конкретных процедур. Мой вопрос как раз ФАС и был направлен на это, что как вы в этом случае будете проверять? Вы говорите: если поступают жалобы на стадии закупок, то тогда мы как бы это отработаем. В том-то всё и дело, что никаких жалоб между аффилированными лицами при закупках по завышенным ценам быть не может, вы же понимаете. Речь идет о том, что, когда трубу покупаешь в пять раз дороже, чем она стоит на открытом рынке, кто будет жаловаться, тот, кто продает или тот, кто покупает, они в доле там, понимаете, и вы в этой ситуации не участвуете, а принимаете это в тариф, потому что это в соответствии с федеральным законом 223. Положение о закупках написали. Положение о закупках соответствует? Соответствует, но труба дороже в пять раз, вы принимаете это к зачету. Поэтому в этой части нужно нам отработать, и это задание ФАС.

Следующее. Инвестпрограммы. Любая инвестпрограмма, ну, во-первых, должна проверяться на предмет экономики, Сергей Анатольевич, на предмет экономики, я подчеркиваю, именно в этой части, не в плане технических требований, да, а именно в плане экономики, но при этом нужно учитывать конкурентную среду обязательно, то есть здесь нужно более жестко как-то к этому подходить.

Вы говорите: нам нужны эти полномочия. Мы готовы вам их дать. Мы, наша фракция поддержит этот законопроект. Почему? Потому что ну, во-первых, сегодня была большая дискуссия, очень много вопросов было задано, во-первых, в регулировании ничего не меняется, то есть как были полномочия у регионов выше предельного тарифа поднимать, так они и остаются, всё это... Что меняется? ФАС, например, определяет, что при установлении тарифа нарушен был закон, то есть что-то не учли, а что-то, наоборот, завысили, и ФАС увидев это, делает предписание.

Но предписание сейчас, оно может не исполняться один месяц, второй, третий и потом через год только будет в тарифе следующего года учитываться, когда уже всё прошло и фактически непонятно, учли или нет. ФАС предлагает: если мы установили нарушение, дайте нам возможность его немедленно устранить. И это, кстати, ответ на вопрос, который депутаты задавали: а почему так долго? То есть нарушение определили, мы там через год меняем, устраняем это нарушение, а людям деньги так и не возвращаются. Да, нас тоже беспокоит, что эти полномочия используются как в минус, так и в плюс. Да, нас это тоже беспокоит.

Но бывают ситуации, когда просто ошиблись и не учли что-то в обслуживании электросетей. И возникает ситуация – либо поднять тариф, либо повысить риски вообще остаться без электроэнергии. Вы потребителя спросите: для вас что важнее. Когда у тебя холодильник разморозится и ты там сутки посидишь без электроэнергии, какие у тебя потери будут? Либо ты просто готов будешь там несколько копеек в тарифе заплатить дополнительно? Ну, вам любой потребитель ответит, да, что гарантированная поставка электроэнергии, конечно, на первом месте. У нас и так-то с этим проблемы, потому что у нас большинство населённых пунктов вообще по одной ветке имеют энергоснабжение.

Кто-то по две, а кто-то по три, ну, понятно, у кого есть возможности, те три источника имеют. И, конечно, гарантирована защита.

Поэтому ещё раз хочу сказать, что нас беспокоит эта ситуация, но мы считаем, что если уж мы выбрали путь, по которому идём, то есть мы отказываемся от конкурентной среды... кстати, у нас в этом зале были споры, и наша фракция голосовала против того, чтобы устранять конкуренцию на этом рынке. Мы, кстати, прямо противоположную позицию занимаем. То есть мы считаем, что если и возможна конкурентная среда даже в электроэнергетике, она должна оставаться, но в зале посчитали иначе и стали требования к ТСО повышать. Соответственно компании, которые работают на рынке региона, их стало меньше, их становится всё меньше и меньше. К чему это приводит? Это приводит к тому, что конкурентная среда просто пропадает и, соответственно, вы не видите этого дисбаланса цен. Ведь когда в этом зале была дискуссия, нужно ли ужесточать требования ФСО, приводились данные, что те компании, которые являются, скажем так, стратегическими поставщиками, да, у них тарифы выше в верхнем диапазоне были. А компании, которые теперь будут уходить с рынка, у них тарифы были ниже.

Тут вопрос другой. Тут, действительно, вопрос безопасности. Я тут не буду спорить. Но, если уж мы ушли от конкурентной среды и конкуренция теперь не контролирует тарифы, не сдерживает их рост, то тогда нужно дать дополнительные полномочия ФАС. Поэтому здесь двух вариантов быть не может. Надо это решение поддерживать, что и делает наша фракция. Спасибо.