Александр Бабаков о ключевых проблемах российской экономики

- Уважаемый Вячеслав Викторович (Володин, Председатель ГД – Прим. ред.), уважаемые коллеги!

Прошли две недели региональной работы, я посетил несколько регионов и это, конечно, вызвало желание выступить перед вами. У нас в последнее время усилилась тенденция к тому, что мы имеем несколько подходов. Чаще всего, два существенно различающихся к описанию одной и той же ситуации. Что я имею в виду?

Мы о стагнации не говорим сегодня. Мы говорим о сложностях, не давая им экономического определения, говорим о необходимости сокращения расходов, бюджета в том числе, и в то же время наблюдаем картину, когда 20 из 24 отраслей обрабатывающей промышленности находятся в ситуации экономического спада.

Дальше у нас с вами есть тема инфляции. Если вы помните, у нас в отчете прозвучало, что инфляция по итогам 2025 года – 5,6%. Правда, наши граждане оценивают текущий рост гораздо выше – 15%. И эта разница между цифрами Росстата и тем, как оценивают её люди, не потому, что Росстат что-то делает неверно, а как следствие очень длинного периода высоких темпов роста цен.

Дальше мы с вами должны обратить внимание на такой момент, как исчерпание экономического потенциала предприятий, на безработицу на самом низком уровне и так далее, список можно продолжать. Я бы хотел обратить ваше внимание именно потому, что все вы вернулись из своих регионов. Я думаю, ситуацию там вы знаете лучше меня. И я хотел бы в силу этого, не вдаваясь в цифры, попытаться вместе с вами разобраться в этом. Потому что, если сегодняшняя денежно-кредитная политика базируется на таких понятиях или на таких моментах, что у нас самая низкая безработица. Как следствие, у нас дефицит трудовых ресурсов. Если мы базируемся на том, что у нас исчерпаны или максимально загружены производственные мощности, и это является оправданием жёсткой денежно-кредитной политики, то, мне кажется, если мы с вами попытаемся разобраться в исходных постулатах и, может быть, увидим что-то новое или проанализируем по-новому, у нас возникнет здоровое ожидание того, что денежно-кредитная политика может быть существенно изменена. Исходя из того, что принципы, может быть, не совсем корректно были посчитаны.

Давайте поговорим немножко о самой низкой безработице. Я бы хотел привести в качестве примера то, что у нас, все вы знаете предприятия в ваших регионах, уже стала массовым явлением неполная рабочая неделя. Отдельно отвожу в сторону, надо бы дать объяснение этому, записать этих людей куда-то, они же не полностью работающие. В политэкономии, по крайней мере, есть определение этой категории трудящихся, которые работают неполную рабочую неделю.

Давайте поговорим о самозанятых. Я бы хотел напомнить, что у нас их больше 15 млн, и если мы посчитаем доход, который они задекларировали в прошлом году, три трлн рублей, то это всё красиво. Но если мы поделим на общую цифру, получим 15 или 16 тыс. рублей в месяц. Такая зарплата вряд ли или такой доход вряд ли является объяснением того, почему люди записались самозанятыми. Я не хочу говорить, что это чётко неправильная позиция. Нет, давайте просто проанализируем эти цифры и зададимся вопросом, а являются ли они как таковыми самозанятыми, или это тот трудовой потенциал, который вполне можно использовать, но почему-то он не учитывается?

Дальше мы посмотрим с вами на не только доход среднемесячный, а на тот факт, что половина из самозанятых за 15 месяцев, как было указано в одном исследовании, не пробили ни разу чека. А чек – доход, доход – это налог. Возникает вопрос опять к ним же, к самозанятым – а это самозанятые? Может быть, они занимаются чем-то ещё, и мы до конца не понимаем, где они работают, на что они живут, и не является ли их желание записаться в самозанятые только потому, что они не могут найти достойную для себя зарплату и, как следствие, приложение в экономике.

Дальше мы с вами должны задаться вопросом. Если это всё не совсем так, и безработица у нас совсем в других цифрах должна измеряться. У нас есть масса предприятий, где сегодня происходит затоваривание этих предприятий. А как затоваривание этих предприятий влияет на рост цен? А как у нас сокращение промышленного производства оказывает влияние на инфляцию? Отвечая на эти вопросы, может быть, мы придём к выводу, что на самом деле есть и другие данные, которые расходятся с цифрами мегарегулятора и даже иногда Росстата о загруженности этих предприятий. Я думаю, что, находясь в регионах, вы знаете эти цифры. И если эти цифры также подтверждают, что не совсем верная эта оценка, то, может быть, нам посоветовать пересмотреть позицию жёсткой денежно-кредитной политики. Исходя из того, что не совсем корректно подсчитан уровень безработицы, и не совсем корректно подсчитано использование экономического потенциала.

Но я бы хотел сказать чуть больше. Потому что, если мы говорим о других критериях, которые выходят на первый план, нам было здесь сказано, и это сегодня многие эксперты объявляют, что производительность труда, которая становится сегодня чуть ли не основной задачей, отодвигающей на второй план темпы роста и ставку, давайте сначала займёмся производительностью труда, а потом вернёмся к разговору о темпах роста и об учётной ставке Центрального банка.

Я хотел бы вам напомнить, что вообще-то очень мало примеров, когда производительность труда без инвестиций растёт. Что, кстати, является подтверждением не только нашей практики российской и советской, но и всего мира. И когда мы с вами говорим о производительности труда, мы должны с вами понимать, что у этой категории есть определённое объяснение. В жизни мы наблюдаем следующее, если растёт валовый внутренний продукт, то растёт и производительность труда. И, например, если валовый внутренний продукт падает, то и производительность труда падает. Это на самом деле связанные вещи. Ведь не зря же у нас высокие зарплаты. О чём говорит, кстати, Президент, что мы должны построить экономику высоких зарплат. Это же взято не откуда-то, это взято из мировой практики, из понимания того, как должна развиваться экономика нашей страны.

Вы посмотрите долю фонда оплаты труда в структуре ВВП. Мы по этому показателю находимся далеко не на первых позициях. Более того, я могу вам сказать, что с 2014-го по настоящее время этот показатель уменьшился. Это о чём говорит? Что наша экономика, вот когда мы говорим о нехватке рабочей силы, это характеристика сырьевой экономики России, которая сегодня, надеюсь, уже уходит в прошлое. И вот как раз та экономика, которую мы должны с вами построить, это экономика не только высоких зарплат и высокой квалификации труда, эта экономика, которая создаёт реальный суверенитет нашей страны и обеспечивает его. Отсюда мы с вами говорим о необходимости инвентаризации наших производительных сил. Мы должны понять, реально, сколько же у нас всего того, что может создавать потенциал нашей экономики. А для всего этого необходимы госпланы, о которых мы здесь постоянно говорим. Нужен аналог госплана, исходя из современных возможностей подсчёта и поиска этих данных. Мы должны всё-таки до конца понять, что, говоря о сокращении бюджета, который сегодня, пока тема эта притормозилась из-за ситуации в Иране, в том числе мы должны понимать, что источником вообще дохода и роста доходной части бюджета является внутренний рынок. Давайте его развивать для того, чтобы здесь создавался источник покрытия наших социальных обязательств следующего периода. А если мы его сожмём, этот бюджет, то мы никак в следующем году не получим эффекта роста. Это я апеллирую к тем, кто не видит, кроме бюджета, ещё других возможностей увеличения нашей экономики. Они есть, они связаны с наполнением денежной массы, о чём мы постоянно здесь говорим.

В завершение я хотел бы, как и многие мои коллеги, сказать ещё об одной теме. А именно, пригласить всех вас на мероприятие, которое по инициативе нашей фракции будет проведено в период с 25 по 29 апреля, пленарное заседание 27-го будет, речь о форуме "СОВИНТЕРН". Мы задались этой темой и считаем, что формирование новой международной стратегической инициативы, которая могла бы объединить людей, которые с большим трепетом и уважением относятся к достижениям советской цивилизации. Мы пригласили этих политиков, общественных деятелей в Москву для формирования новой структуры или новой организации под названием "СОВИНТЕРН". Есть инициативная группа, в неё входят хорошо известные вам организации и не очень известные, они представлены разными континентами. Так вот, этих партий сегодня у нас более 100 со всех континентов нашего мира, будут представители порядка 72-73 государств. Мы были бы рады вас видеть, потому что речь идет именно о формировании или о разговоре о той модели общества, которая на фоне кризисов капиталистических идей, взглядов и реализации этих идей на практике требует формирования новой экономической модели, в основе которой будут превалировать темы социализма, социальной справедливости, которые близки многим. Все эти люди будут здесь собраны 27 апреля в Колонном зале Дома Союзов. Мы вас приглашаем. Спасибо.