О партии
Идеология
Лица
Деятельность
О Партии
Предвыборная программа
(утверждена XI съездом партии)
Программа партии, рабочий вариант
(актуальность 28.05)
Программа партииРегиональные отделенияИстория партииУставСимволикаВступитьПартнерыСОУТОфициальное печатное издание партииКонтакты
Кто есть кто в партии
Председатель партииСопредседатель партии – Председатель Центрального совета партииСопредседатель партии – Председатель Палаты депутатов партииЦентральный совет партииСекретарь Бюро Президиума Центрального совета партии – Первый секретарь Президиума Центрального совета партииСекретарь Центрального советаРуководитель Центрального Аппарата партииСекретари Президиума Центрального советаБюро Президиума Центрального советаПрезидиум Центрального советаСовет Палаты депутатовЦентральная контрольно-ревизионная комиссияПочетные члены партии
Партийная библиотека
25 справедливых законовПолитический словарьКниги Сергея МироноваВся библиотека
Исполнительная власть и МСУ
Органы власти субъектов РФОрганы МСУ
Пресс-служба
АнонсыКонтакты

Депутаты фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ – ЗА ПРАВДУ" о потребительской корзине

22 июня 2022

 см. также ↓

22 июня Государственная Дума отклонила проекты федеральных законов № 28059-8 "О потребительской корзине в целом по Российской Федерации" и № 28098-8 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты в связи с принятием Федерального закона "О потребительской корзине в целом по Российской Федерации". Доклад представил депутат фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ – ЗА ПРАВДУ" Андрей Кузнецов, содоклад члена Комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Екатерины Стенякиной. В дискуссии приняли участие Яна Лантратова, Валерий Гартунг, Михаил Делягин, Олег Нилов. От фракции выступил Валерий Гартунг.

Андрей Кузнецов:

- Уважаемые коллеги, данные законопроекты касаются социальной политики в нашей стране. У нас с вами должна быть идеология в социальной политике, но на сегодняшний момент ее не просматривается. Мы уже говорили и на встрече с фракцией Татьяны Алексеевны Голиковой, и Министра социальной защиты, мы этот вопрос обсуждали и, знаете, такое недопонимание возникло принципиальное, идеологическое. Речь шла о том, что мы рассчитываем с вами минимальный размер оплаты труда ("мы с вами", я имею в виду государство), по итогам вашего голосования, которое вы в декабре 2020 года, применили новую систему расчета.

Значит, что происходит? Медианный расчет минимального размера оплаты труда – это на самом деле отказ от управления социальной политикой в нашей стране. И когда я об этом сказал Татьяне Алексеевне, она сказала – вы не правы, мы регулируем медианный, берем, например, 40% или 45%, можем 60% взять, и будем постепенно двигаться, и увеличивать минимальный размер оплаты труда. Но на самом деле, коллеги, это показывает о жесточайшем непонимании того, как управляется социальная политика в нашей стране. Вот я вам приведу сравнение, которое, наверное, будет понятно для всех.

Сегодня наша социальная политика – это автомобиль, государство в нём водитель, и вот в этом автомобиле государство завязало себе глаза, убрало руки от руля, от коробки передач, и жмёт на педаль газа, и думает, что куда-то приедет. Куда он приедет, этот автомобиль? Он приедет к краху. Точно так же, как приведёт к краху та социальная система, политика, а вернее её отсутствие, которую мы сегодня наблюдаем.

Так вот, в чём же причина?

Что даёт медианный расчёт минимального размера оплаты труда и прожиточного минимума, исходя из этого? А он даёт среднюю температуру по больнице, то есть то, что работодатели по всей стране договорились с работниками, что они им будут платить вот такую заработную плату, и мы это берём за основу при расчёте наших социальных гарантий. Вдумайтесь только в это, вы понимаете, о чём речь. То есть мы с вами не участвуем, мы не устанавливаем стандарты никакие.

Раньше у нас была потребительская корзина. Эта потребительская корзина, она показывала, сколько человек на свой заработок может себя обеспечить. То есть потребительская корзина, как инструмент и стандарт, ниже которого работодатель не имеет права платить, она была элементом управления социальной политикой.

Сегодня мы уже второй год существуем без этого элемента, ключевого элемента в социальной политике. И мы предлагаем нашими законопроектами вернуться к расчёту минимальной потребительской корзины, как основного элемента социальных гарантий в нашей стране, чтобы именно от минимальной потребительской корзины рассчитывался минимальный размер оплаты труда, и чтобы мы с вами не наблюдали, как работодатели обдирают работников или наоборот, что бывает гораздо реже, а оставили стандарты, в том числе и государству, потому что государство является сегодня крупнейшим работодателем.

Вот мы с вами на предыдущем вопросе, сколько поспорили и конфликтовали о том, что как платить нашим врачам, сколько платить, что справедливо, что несправедливо. Так вот вам показатель, я вам про Новую Лялю говорил, там, ну, 30 тысяч рублей он получает как фельдшер. Ну давайте посчитаем минимальную потребительскую корзину, что он может позволить себе на эти 30 тысяч, и вы увидите, что это никакая не социальная гарантия, это просто мы их бросили на произвол судьбы: вот так государство решило, и ничего ты на эти деньги не купишь, и ничего ты с этим не поделаешь.

Поэтому, уважаемые коллеги, предлагается внести изменения, вернуть потребительскую корзину. Мы предлагаем в своём приложении к этому законопроекту, значит, расчёты, которые были сделаны ещё в 2019 году с участием Российской академии наук, и на комитете по социальной политике мы это всё разбирали и смотрели. То есть почему этот законопроект, несмотря на расчёты 2019 года, до сих пор актуален? Да потому что минимальный размер оплаты труда, который показывает медианный ваш расчёт сегодня, в три раза ниже того, что было рассчитано в декабре 2019 года, то есть отставание от социальных гарантий, от социальных стандартов нормальных, оно уже более чем в три раза идёт. А с учётом той инфляции, которая у нас в этом году идёт, ну, это совсем ни в какие ворота не лезет.

            То есть, коллеги, значит, сегодня ещё раз я подчёркиваю, чтобы всем было понятно, сегодня инфляция может быть большой и цены могут расти по той системе социальной, которую мы сейчас имеем, но заработная плата будет стоять на месте, потому что работодатели так решили. Например, потому что у нас профсоюзы не выполняют ту роль, которую должны выполнять, или ещё по каким-то другим причинам. Зарплата не меняется, и в данном случае человек становится уязвимым, то есть у него падает уровень жизни. Но в статистике, которую мы получаем в результате этого медианного расчёта, это не отражается. В конце концов, давайте будем честными, для чего вводили-то этот медианный расчёт? Да для того, чтобы лёгким движением руки количество бедных в стране было меньше. Ну так же? На пять миллионов, раз, ввели, и на пять миллионов у нас меньше бедных стало на бумаге, коллеги, в жизни-то их не стало меньше.

Так вот, с закрытыми глазами ехать, а медианная заработная плата – это с закрытыми глазами ехать в экономике и в социальной политике, с закрытыми глазами мы приедем к социальному конфликту, потому что мы уже сегодня отрываемся от реальности. Мы, я имею в виду государство. Понимаете? И если мы этого не сделаем, то люди нас заставят это сделать. Мы придём с вами к социальному конфликту. Ну зачем нам это сегодня? Поэтому, коллеги, прошу очень внимательно отнестись к этому предложению.

Конечно, здесь есть тоже несовершенства определённые. Законопроект лежал достаточно долго, там написано, например, что он вступает в силу с 1 января 2022 года, ну во втором чтении мы с вами можем поправить это, коллеги, точно так же, как и ряд других замечаний, которые есть у Правительства, есть и у комитетов. Поэтому призываю вас отнестись ответственно и вернуть государству в нашей стране руль управления социальной политикой. Спасибо.

Олег Нилов:

- Екатерине Петровне вопрос.

Екатерина Петровна, вас в прошлом созыве не было, да, к сожалению, а, может быть, и не к сожалению. Вы поэтому не знаете, что по этой теме, по заявке, по заказу "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" производилась экспертно-научная работа. Несколько миллионов рублей Государственная Дума потратила для того, чтобы эти социологические исследования и статистические исследования были проведены. Вы об этом знаете? Что, получается, вы только что сказали, что нет этих данных, не производились эти исследования. Значит, вы лукавите или не знаете. Отвечайте тогда, да. А я вам говорю, что есть заключение не просто Института социологического РАН, есть заключение президента Российской академии наук. Вы его читали? По этому законопроекту, по этой потребительской корзине. Оно положительное. Вам президент РАН не указ?

Екатерина Стенякина:

- Олег Анатольевич, помимо президента РАН есть ещё ряд структур, которые точно так же делают социологические исследования, и в том числе экономические исследования. Так вот в тех положениях, которые указаны в проекте закона, какие-либо обоснования о том, что мы должны (объективные обоснования) отказаться от медианного подхода расчета прожиточного минимума, их нет. За год нельзя сделать оценку: правильно работает новый механизм или неправильно. Там даже все ошибки на уровне статистики будут глобальными. Поэтому у нас прошел ровно год, вы предлагаете от всего отказаться. Как? Тем более если член вашей фракции активно это лоббировал и голосовал в комитете за введение медианного расчета.

- Валерий Гартунг:

- Уважаемая Екатерина Петровна, вы говорите, что закон о расчете прожиточного минимума в долях от медианного дохода ещё мало работает и, дескать, нужно ещё время. А каких результатов вы ждете от этого? Что вы считаете, какие последствия? Вот мне хотелось бы понимать, чего вы ждете, вот прошел год, ещё год пройдет, вы каких результатов хотите получить? Какие вам нужны результаты? Чего вам не хватает? Спасибо.

Екатерина Стенякина:

- Я скажу, что нам всего хватает. И в настоящее время благодаря медианному подходу, благодаря именно медианному подходу, у нас есть возможность делать поддержку социальную именно более адресной.

И в развитии этого закона принят ещё ряд законов. И мы с вами голосовали за них абсолютно недавно. Это автоматическая оценка материального имущественного дохода, проактивное информирование наших граждан о тех мерах социальной поддержки, которые им необходимы. Поэтому у нас должна быть стройная система. А метаться год, сначала мы работали так, а теперь мы будем работать вот так, это абсолютно неразумно.

С другой стороны, уважаемые коллеги, а до 2013 года, вы хотите сказать, что это было очень эффективно, уровень бедности был гораздо больше, а вот этот разрыв определения прожиточного минимума в разных субъектах, исходя из потребительской корзины, он был очень несправедлив. И поэтому этот переход был абсолютно обоснованный, он был в интересах регионов и граждан, которые проживают на территории всей нашей страны.

Яна Лантратова:

- Екатерина Петровна, статистически бедность практически не растёт – на 1,3% в 2022 году, а на практике и по ощущениям граждан ситуация, конечно, другая. Скажите, как вы видите решение проблем бедности в условиях роста потребительских цен, роста цен на продукты питания и в условиях падения реальных доходов россиян в этом году на 6,8% по текущим оценкам Центробанка? Спасибо.

Екатерина Стенякина:

- Спасибо, Яна Валерьевна.

Мы с вами, уважаемые коллеги, приняли решение совсем недавно в условиях противодействия санкциям, когда мы передали Правительству Российской Федерации часть полномочий, а именно в установлении МРОТ, прожиточного минимума. Мы видим, что с 1 июня у нас и МРОТ, и ПМ уже значительно повысились.

Вместе с тем я ещё раз напомню, что мы с вами приняли совсем недавно закон о введении автоматической системы оценки имущественного и материального дохода наших граждан для того, чтобы их проактивно информировать о том, какие ещё меры поддержки федеральные и региональные им положены.

Вместе с тем наш комитет вместе с Министерством труда постоянно ведет эту работу дополнительную о том, какую ещё адресную социальную поддержку можно оказывать нашим гражданам. Если у вас есть заинтересованность в этом, пожалуйста, приходите в наш комитет, готовы работать с вами вместе.

Михаил Делягин:

- Уважаемая Екатерина Петровна, рассматриваемые законопроекты предусматривают вернуть самому понятию "прожиточный минимум" его фактический смысл, потому что, чтобы было понятно, что человек действительно может прожить на этот минимум, что эта цифра берется не с потолка, не из статистических галлюцинаций.

Ну, и самое главное, прекратить чудовищное занижение прожиточного минимума, которое фактически лишает граждан Российской Федерации конституционного права на жизнь.

Потому что сегодня мы с вами, принимая, признавая заведомо заниженный в два раза относительно научных исследований прожиточный минимум, на который никто из нас не проживет никогда, мы отрицаем право граждан Российской Федерации на жизнь.

У меня вопрос. Проводились ли вашим комитетом исследования, какая часть, желательно в сотнях тысяч людей, из умерших, скажем, в прошлом году, там, естественно, убыль более миллиона человек, убито, погибло досрочно, благодаря отрицанию права на жизнь со стороны родного российского государства?

Спасибо большое.

Екатерина Стенякина:

- Михаил Геннадьевич, я считаю, что этот вопрос не по сути законопроекта, это первый момент.

А, во-вторых, я не думаю, что депутаты Государственной Думы могут так оскорблять труд нашего Росстата, называя их работу, и Министерства труда, и Министерства экономики, "статистическими галлюцинациями".

Поэтому давайте к тем людям, которые работают вместе с нами и действительно готовят, помогают нам готовить федеральные законопроекты в интересах наших граждан, будем относиться точно так же с уважением.

Выступление Валерия Гартунга:

- Уважаемый Александр Дмитриевич! Уважаемые коллеги!

Наша фракция, безусловно, поддержит и первый законопроект, и второй, ну а Екатерине Петровне Стенякиной я скажу, что некорректно, это я по ведению хотел взять, некорректно искажать позицию нашего депутата прошлого созыва Олега Шеина, тем более, что вы не были депутатом в том созыве, и вы не знаете его позиции. А могли бы поинтересоваться, есть стенограмма его выступления, где он чётко сказал, что этот переход он не поддерживает, как и вся наша фракция. Поэтому, пожалуйста, это ко всем относится, если вы не знаете, о чём говорите, лучше не говорите. Знаете, есть такая реклама: лучше молчать, чем говорить.

Теперь дальше, теперь по сути этих двух законопроектов. Ну сегодня вы, наверное, помните, нам тут говорили: ну, дескать, рано же ещё аргументы комитета. Всего год мы считаем минималку, прожиточный минимум, исходя из процентного соотношения от медианной заработной платы, дескать, давайте подождём, у нас же данных ещё нет. Ну, во-первых, год уже прошёл, уже второй пошёл, да. Сегодня утром, если помните, я перед началом пленарного заседания попросил поддержать моё протокольное поручение, надеюсь, вы его поддержите, где я у Министерства экономического развития запросил данные, о которых коллега Стенякина сейчас и говорила, что, дескать, нет этих данных здесь. Они есть, они считаются, но нам их не дают, потому что мы бы их тогда здесь озвучили, с трибуны Думы, и сказали бы: смотрите, вот формальная сумма прожиточного минимума, а вот реальные расходы гражданина.

Мало того, вы говорите: нет каких-то расчётов. Ну вам уже ответили, что у нас, вообще-то, в прошлом году Государственная Дума заказывала целый труд и там все есть данные. Если бы вы хотели с ними ознакомиться, вы бы ознакомились.

Мало того, мы академикам заказывали эти расчёты и расчёты показали, на тот момент, когда мы вносили проект закона, что, и это, кстати, отражено, эта сумма отражена в нашем проекте закона, это пункт 20, 31 тысяча 87 рублей должен быть прожиточный минимум. 31 тысяча 87 рублей. Напоминаю, сейчас он у нас составляет 13 тысяч 900, до рубля не помню, ну 13 тысяч 900 рублей. Ну поделите 31 тысячу на 13 – получается в два с половиной раза. То есть реальный прожиточный минимум. Расходы гражданина на выживание реально занижены в два с половиной раза.

Но мы не стали вам задавать вопрос: вы, госпожа Стенякина, сможете прожить на 13 тысяч 900 рублей, притом, что это все ваши расходы, не только на питание, подчеркиваю. Я думаю, что ответ очевиден, на это прожить невозможно. А вот на 31 тысячу, наверное, попытаться можно. Но это данные на момент внесения законопроекта.

Поэтому, коллеги, конечно, нужно возвращаться к прежнему расчету прожиточного минимума и соответственно устанавливать минимальный размер оплаты труда, исходя из этой цифры.

Теперь, почему так Правительство и партия власти держатся за вот этот медианный как бы принцип расчета прожиточного минимума. Нам приводили тут пример, когда проталкивали эту идею, что, дескать, ну вот же в развитых странах это применяется. Ну, во-первых, хочу сказать, в странах, в которых это применяется, в странах Европы, там минималка считалась ну от гораздо больших цифр, ну максимально 67%, то есть 67% от медианной заработной платы считалось, что это уровень бедности, у нас 42%. Разница есть, в 1,5 раза на самом деле. Поэтому, это первое.

Второе. У нас слишком, скажем так, катастрофическое расслоение доходов, такого расслоения по доходам граждан, например, в той же Европе нет.

Поэтому ориентир на медианную заработную плату достаточно объясним. У нас расслоение очень большое. Я надеюсь, все понимают различие между средней заработной платой и медианной, да? Кто не понимает, объясню. Средняя заработная плата – это все заработные платы делятся на количество работающих, получается одна цифра, медианная – это где половина получающих больше этой заработной платы и вторая половина получает меньше. Какая из этих цифр будет меньше? Конечно, медианная. Если у вас расслоение небольшое, то эти цифры будут совпадать практически, если расслоение очень большое по доходам, то медианная заработная плата будет значительно меньше средней заработной платы. Понятно всё объяснил?

В этом как раз дьявол и зарыт. Понимаете? И ведь представитель комитета проговорилась, что, дескать, понимаете, раньше у нас был подсчёт прожиточного минимума от потребительской корзины, и поэтому мы не добились успехов в борьбе с бедностью. Мы не добились успехов в борьбе с бедностью не потому, что мы неправильно считали потребительскую корзину. Хотя и это в том числе, мы неправильно считали, её надо было по-другому считать. И мы в этом законе этот правильный расчёт заложили. Тот, который был неправильный, мы его много раз критиковали. Это не первый наш законопроект о пересчёте, о составе потребительской корзины.

Мы предлагаем вернуться к установлению справедливой потребительской корзины и справедливой её стоимости. Тогда уровень бедности будет считаться по-другому. И тогда, исходя из этих расчётов, у нас не 18 миллионов бедных будет в стране, а 30 миллионов. И вот это уже будет ужасающая цифра.

Так вот для того, чтобы победить бедность, надо не менять методику, не правильно их считать, как вы это делаете, а просто выделять деньги, имеющиеся у государства, прежде всего тем людям, которым они больше всего нужны. А не раздавать триллионные отрицательные акцизы нефтяникам, не создавать офшоры для разных олигархов, а всё-таки тратить деньги на тех, кому они более нужны.

Андрей Кузнецов:

- Уважаемые коллеги, вот этот законопроект и наши требования, которые мы сейчас отстаиваем, является одним из основных пунктов нашей предвыборной программы. Поэтому вы извините, если кому-то слишком долгим кажется обсуждение или что мы выходим, убеждаем. Мы выполняем то, к чему призвали нас наши избиратели.

Теперь по пунктам. Хотелось бы ответить на те претензии и те направления мыслей, которые здесь были озвучены. Мы стоим на позиции, коллеги, что нынешняя система определения прожиточного минимума и минимального размера оплаты труда является системой очковтирательства разным субъектам, в том числе высокопоставленным для того, чтобы они думали или видели и было ощущение, что у нас якобы социальная политика куда-то движется, что у нас меньше становится людей бедных.

Мы вам сегодня на расчётах показали, что бедных людей меньше не становится, их становится больше именно в результате того, что мы с вами этого не видим и им не помогаем вовремя, понимаете. Поэтому это первый пункт, который хотелось сказать.

Более того, Президент дважды поправляет нас с вами в течение только одного полугода, дважды поправляет нас и вводит индексацию повторно, которую вот недавно совершенно вводили. Ну почему? Да потому что система не работает, потому что она не соответствует потребностям граждан.

Дальше, значит, действительно, медианный размер оплаты труда является основой для определения прожиточного минимума в европейских странах, и правильно здесь Михаил Васильевич приводил пример, что профсоюзы, когда они действительно работают, они действительно уровень зарплаты поднимают и двигают этот механизм, конечно, он работает. В нашей стране этого нет, коллеги, нет этого, понимаете. У нас профсоюзы за пенсионную реформу проголосовали, о чём вы говорите! Поэтому не надо приводить примеры европейских стран здесь, у нас совершенно другая система, не работает это.

Дальше. Речь идёт о ключевом элементе социальной политики – праве на достаток. Что такое "минимальная потребительская корзина"? Это достаток, то, чего достаточно человеку для, значит, жизнедеятельности и чтобы он не помер, условно говоря. Мы отказываем в праве на достаток, потому что рассчитанный по медианному принципу минимальный размер оплаты труда в пересчёте на цены товаров, которые люди покупают, показывает, что человек становится беднее, что он даже минимум не может получить.

Вот мы с вами спорили, 30 тысяч для фельдшера – это много или мало? По расчётам, которые даёт Российская академия наук, он ниже уровня бедности находится, наш фельдшер, а мы здесь, некоторые выступающие говорят, что, да мы так поддерживаем наших врачей, наших фельдшеров. Ну, как мы поддерживаем-то, ну если расчёты показывают, что если он получает 30 тысяч, то он ниже уровня бедности находится сегодня в соответствии с той инфляцией и с теми ценами, которые есть? О чём мы говорим?

Дальше. Ну давайте не будем на шею Шеина вешать вот это всё. Давайте честно народу скажем, кто вносил законопроект и концепцию медианного расчёта. Министерство труда, представитель которого сейчас присутствует, в том числе, в зале, того времени. Да? Не надо на Шеина это вешать. Шеин говорил о средней заработной плате. Он говорил, что надо рассчитывать от средней заработной платы, и вам хорошо Оксана Генриховна это разъяснила. Я не буду останавливаться на этом.

 Дальше. О чём идёт речь? О том, что мы предлагаем сегодня утвердить законопроект, который позволит с начала года следующего ввести минимальный потребительский уровень на уровне 31 тысяча 87 рублей. Сегодня, я вам приведу цифры, сегодня даже при условии индексации, которая произошла, посмотрите, у нас для трудоспособного населения – 15 тысяч 172 – это то, что мы разрешаем. Мы с вами, государство, да, благодаря вот этой системе, которую вы приняли, мы разрешаем работодателю платить не выше этого. Понимаете? От этого плясать ему предлагаем. То есть мы изначально позволяем работодателю и государству, потому что государство ключевой работодатель, в том числе для врачей, для первичного медицинского звена государство является сегодня работодателем, и оно закладывает вот этот стандарт нищеты. Понимаете? Вот о чём идёт речь.

Поэтому давайте, дорогие, всё-таки примем решение волевое. Есть для этого все возможности в стране. Я вас уверяю, если мы не примем, Президент поправит и заставит, ну тогда зачем Государственная Дума? Спасибо.

Центральный Аппарат партии
+7 (495) 787-85-15
Пресс-служба
партии
+7 (495) 783-98-03
Общественная приёмная
фракции в Госдуме
+7 (495) 629-61-01
Официальный сайт Социалистической политической партии «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ – ПАТРИОТЫ – ЗА ПРАВДУ»
Полное или частичное копирование материалов приветствуется со ссылкой на сайт spravedlivo.ru
Все материалы сайта spravedlivo.ru доступны по лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International