О партии
Идеология
Лица
Деятельность
Пресс-служба
АнонсыКонтакты

Депутаты фракции "СР" о реализации нацпроекта "Наука"

11 сентября 2019

 см. также ↓

11 сентября в Государственной Думе в ходе "правительственного часа" с информацией выступил Министр науки и высшего образования Российской Федерации Михаил Котюков. От фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" задали вопросы Федот Тумусов, Олег Николаев, Елена Драпеко, выступила Ольга Епифанова.

Вопросы


Федот Тумусов:

– Уважаемый Михаил Михайлович, несмотря на наличие гениальных учёных и на великие научные открытия, которые делали россияне, наша страна за последние 250 лет постоянно запаздывала в технологическом развитии, и в результате мы имеем в стране низкую производительность труда, низкий уровень жизни россиян. Но сейчас человечество начало переходить на так называемый шестой технологический уклад, который будет определяться искусственным интеллектом, развитием биотехнологий, нанотехнологий.

Очень важно, вы в докладе сказали, нам не отстать от всего мира. И про централизацию управления наукой, укрупнение научных организаций – это, наверное, оправдано в какой-то степени, но абсолютное игнорирование региональных проблем, регионального фактора, я считаю, очень вредно.

Как вы, министерство, собираетесь скоординировать региональную тематику научных исследований? Спасибо.

Михаил Котюков:

– Уважаемый Федот Семёнович, мы вопросу развития настоящей серьёзной науки в регионах уделяем самое пристальное внимание и делаем это на системной основе. Мы понимаем, что без развития научных направлений во многих регионах вопросы социально-экономического развития могут отставать от тех желаемых темпов, которые нам всем хотелось бы получить.

На сегодняшний день мы поддерживаем не только ведущие центры и развиваем инфраструктуру в столицах, мы активное внимание уделяем развитию и университетов, и научных центров в регионах Российской Федерации. Мы много раз выезжали в регионы и проводили обсуждение важнейших задач развития науки и профессионального образования и их технологической составляющей.

Отмечу интерес и деятельное участие глав многих субъектов в решении этих задач. Безусловно, специалисты должны решать самые амбициозные научные задачи, но многие эти задачи могут быть реализованы на примере того уникального потенциала, который есть в каждом субъекте Российской Федерации.

И в этом смысле у нас многие территории могут стать очень привлекательными для развития науки, с одной стороны, а, с другой стороны, потенциал, которым обладают научные школы, может позволить повысить соответствующие темпы роста.

Научно-образовательные центры, о которых я говорил, они базируются все в регионах Российской Федерации. Я назвал сегодня пять первых и повторю ещё раз: Тюмень, Пермь, Кемерово, Белгород, Нижний Новгород.

Эти центры сконцентрированы на решении в первую очередь тех задач, которые являются практически важными для этих субъектов Российской Федерации и для того, чтобы дать необходимые технологические решения мы сегодня имеем формы взаимодействия институтов, университетов, работающих в разных регионах, но обладающих необходимым потенциалом для того, чтобы как можно быстрее создавать новые технологические решения и готовить ответы на технологические запросы наших ведущих компаний и развития общества.

Спасибо.

Олег Николаев:

– Уважаемый Михаил Михайлович, те национальные проекты и законодательные решения, которые принимало государство в последние годы, несомненно, направлены на активизацию инновационной и научно-технологической деятельности. Сама активизация очень важна, конечно же, для решения национальных задач, то есть для социально-экономического роста, для достижения задач улучшения качества жизни населения.

В частности, законами предусмотрена возможность создания специальных территорий с особым правовым режимом, вы их называли, это центры, лаборатории и так далее. И Российская Академия наук наделена задачами прогнозирования научно-технологического развития и социально-экономического развития Российской Федерации.

В связи с этим у меня вопрос. Имеют ли созданные центры, о которых вы говорите, лучшие практики прикладного применения в хозяйственной жизни отдельных территорий, в хозяйственных обществах и так далее?

И насколько Академия наук, научные объединения, высшее образование вовлечены в разработку стратегии социально-экономического развития как всей страны, так и отдельных территорий?

Спасибо.

Михаил Котюков:

– Олег Алексеевич, спасибо Вам за вопрос. Я постараюсь ответить на все составляющие, которые вы сформулировали.

Первое. Научно-образовательные центры, о которых вы сказали, они формируются, конечно же, не на пустом месте. В основе этих инициатив лежат пусть не очень масштабные, но практически реализованные проекты сотрудничества исследователей и индустриальных партнеров наших компаний.

Какие-то общие разработки уже есть в положительном багаже. И дальше задача стоит, чтобы масштабировать эти проекты и привлекать как можно больше и больше партнеров, участников этой программы. И в рамках реализации этих проектов обеспечивать подготовку квалифицированных специалистов и кадров. Вот по этой модели строятся научно-образовательные центры.

Если говорить об участии научных коллективов в подготовках программ социально-экономического развития, то здесь, конечно, в разных регионах разная ситуация. Где-то связи выстроены достаточно неплохо, и научный потенциал серьёзным образом задействован в подготовке планов социально-экономического развития, где-то эта работа сегодня проходит период, что называется, переосмысления, перезапуска.

Я в последнее время бываю в регионах, всегда с губернаторами обсуждаю один вопрос: есть ли при нём совет по развитию науки и образования в регионе. Где-то эти советы были созданы, но в последние годы не собирались по какой-то причине, где-то они действительно являются важной площадкой обсуждения системных вопросов развития территории. И потенциал, который накоплен в институтах, в университетах используется в подготовке планов социально-экономического развития территорий.

Но, тем не менее, мы считаем, что здесь есть ещё потенциал для совершенствования, и это позволит, в том числе, повысить и мотивацию молодых ребят оставаться в регионе и принимать своё настоящее деятельное участие в развитии будущего своих территорий.

Поэтому эту практику мы точно включаем в проекты развития наших центров, и в практическом плане ежедневно фактически этим занимаемся.

Спасибо вам большое. Вопрос важный.

Елена Драпеко:

– Уважаемый Михаил Михайлович, я хотела бы обратить ваше внимание и внимание моих коллег на гуманитарную сферу и, прежде всего, на сферу литературы и искусства.

На слушаниях в Государственной Думе и на заседании Комиссии по государственной культурной политике наши ведущие деятели культуры были озабочены уровнем подготовки специалистов в области литературы и искусства.

Речь шла о том, что катастрофически снижается уровень осмысления процессов, происходящих в мире и в России, через литературу и искусство. И это связано с системой приёма студентов в высшие учебные заведения. Приём на специальности творческие по ЕГЭ, даже суммируя с ним творческие экзамены, приводит к тому, что попадают не самые одарённые, а те, у кого выше ЕГЭ. Об этом говорят ректоры наших вузов.

Вторая проблема – это невозможность принять на второе высшее образование по ряду специальностей, которые требуют не просто знаний и таланта, а ещё и жизненного человеческого опыта – это режиссёры, писатели, дирижёры, сценаристы, это архитекторы, балетмейстеры, живописцы. Чтобы заниматься этой специальностью, нужно уже иметь опыт в этой области и жизнь показывает, что люди взрослые, приходящие учиться, дают более высокий результат.

У нас есть идея, как, не увеличивая финансирование, решить эту проблему. Сегодня пытаются ее решить за счет президентских грантов. Так вот, ни метод этих грантов, ни количество проблему не решило, есть целые города и вузы, которые вообще ни одного гранта не получили. Либо получают не те, кому они требуются, это отдельный разговор.

Наше предложение. Нужно отменить этот конкурс, то есть уравнять в творческом конкурсе тех, кто уже имеет высшее образование с теми, кто его не имеет, перед искусством они должны быть равны.

Михаил Котюков:

– Елена Григорьевна, вопрос больше, конечно, относится к сфере высшего образования, но я постараюсь очень коротко, может быть, если нужно, мы готовы отдельно по этому поводу и встретиться, и предметно поговорить.

Мы сегодня с Министерством культуры вместе обсуждаем вопрос повышения качества подготовки специалистов. Министерство науки и высшего образования предполагает серьезно повысить роль центров ответственности, которыми выступают базовые министерства, за планирование, набор и реализацию образовательных программ по соответствующим специальностям.

Я думаю, что мы можем на площадке этого совета дополнительно к этому вопросу вернуться и обсудить. Но все равны перед Конституцией. Поэтому у нас есть конституционные гарантии, конкурсный прием, высшее образование, единократное его получение за счет средств федерального бюджета. Но, тем не менее, давайте мы предметные вопросы дополнительно пообсуждаем, как можно в эти задачи интегрировать вопросы целевой подготовки, целевого обучения и так далее, и так далее.

Выступление Ольги Епифановой:

– Уважаемый Иван Иванович (Мельников, Первый заместитель Председателя ГД – Прим. ред.), уважаемые коллеги!

Задачи модернизации и дифференциации экономики, которые стоят перед нашей страной, проблемы замедления экономического роста, растущая цифровизация, глобализация требуют разумных и масштабных инвестиций в структуру и инновации образования и науки, и именно этого мы ждём от национального проекта "Наука".

Уважаемые коллеги, проблемы инновационного развития сегодня стоят перед всеми странами, поэтому я позволю себе процитировать стратегию промышленного развития Великобритании, чтобы было понятно, каких усилий потребует от нас опережающее развитие.

"Главная проблема Великобритании заключается в том, что ни правительство, ни частный сектор не инвестируют достаточно средств в исследования и разработки. Это означает, что страна рискует проиграть в гонке технологий и новаций, которые будут формировать бизнес и рынки будущего. Мы вкладываем в НИОКР меньше, чем большинство наших конкурентов, всего 1,7% ВВП, по сравнению с 2,8% в Соединённых Штатах и почти 3% в Германии. Чтобы Великобритания стала самой инновационной в мире, нужно увеличить масштабы государственных и частных инвестиций в НИОКР. Правительством поставлена задача (внимание, коллеги!) достичь 2,5% ВВП инвестиций в НИОКР к 2027 году, и уже 3% в долгосрочной перспективе".

Коллеги, англичане уверены в том, что сохранение текущих валовых затрат на НИОКР на уровне 1,7% ВВП приведёт к технологическому отставанию Великобритании. Отметим это у себя.

Теперь, что мы видим в нашей стране. В текущем году внутренние затраты на исследования и разработки составляют 1,1% ВВП. Разработчики национального проекта "Наука" планируют, что в течение пяти лет рост расходов на науку будет ежегодно обгонять рост ВВП на 102%. В результате к 2024 году в науку будет инвестироваться менее 1,3% ВВП. Это при том, что сейчас доля России в мировых расходах на науку составляет лишь 2%, в то время, как доля США – 26%, Китая – 21%, Европейского союза – 20%, а Японии – 9%.

Уважаемые коллеги, считаю, что предложенная национальным проектом "Наука" динамика расходов на отечественные исследования не позволит нам приблизиться к мировым лидерам, с которыми России предстоит конкурировать за глобальные рынки и, надо смотреть правде в глаза, не позволит России соответствовать вызовам современности.

Теперь по структуре расходов на российскую науку. О соотношении бюджетного и частного финансирования. В нашей стране две трети внутренних затрат на исследования и разработки идёт за счёт средств государственного бюджета, и только треть за счёт бизнеса. То есть на два рубля бюджетных средств приходится только один рубль частных инвестиций, и такая инновационная модель абсолютно нетипична для экономически развитых стран. В той же Великобритании каждый фунт государственных вложений в исследования и разработки привлекает около полутора фунтов частных инвестиций.

Наше Правительство планирует почти двукратное увеличение расходов на науку к 2024 году, прежде всего, за счёт привлечения средств предпринимательского сектора, объём которых должен увеличиться примерно в четыре раза – с 265 млрд до одного с небольшим триллиона руб. Наверное, это правильный подход. Плохо только, что национальный проект "Наука" не раскрывает характера мероприятий по привлечению внебюджетных источников и частных инвестиций в развитие инновационных проектов. Отсюда очевидны и риски недостижения целей национального проекта, о чём говорит и Счётная палата.

Кроме того, есть большие опасения, что роль частного сектора у нас в очередной раз будут играть государственные компании и корпорации, которых обяжут финансово вложиться в проекты прорыва.

Считаю, что было бы важно создать благоприятную среду для реализации инновационного потенциала малых и средних предприятий и, конечно, стартапов. Инновационный потенциал России должен быть повышен за счет расширения сотрудничества между научными кругами и бизнесом. Национальный проект "Наука" должен быть тесно увязан с проектами развития предпринимательства.

Коллеги, согласно стратегии научно-технологического развития Российской Федерации, утвержденной нашим Президентом, на первом этапе ее реализации за три уже прошедших года должны были быть созданы условия, необходимые для роста инвестиционной привлекательности научной, научно-технической и инновационной деятельности.

На втором этапе, с 2020-го по 2025 год, запланирована активная коммерциализация результатов интеллектуальной деятельности. В связи с этим меня удивляет, что в нашем сегодняшнем обсуждении не принимают участия представители бизнес-сообщества, которые могли бы оценить текущую инвестиционную деятельность и перспективы своего участия в коммерциализации результатов научных разработок.

Создается впечатление, что Правительство, с одной стороны, рассчитывает на масштабные частные инвестиции, предполагая, что бизнес может стать драйвером технологического развития страны.

А с другой, не предлагает понятных схем и механизмов, которые могли бы значительно повысить инвестиционную привлекательность науки для предпринимательского сообщества.

Теперь о развитии кадрового потенциала. Согласно официальным данным, Россия по-прежнему остается одним из мировых лидеров по числу занятых в науке. При этом по объемам вложений в науку в расчете на одного исследователя наша страна значительно отстает от наукоориентированных стран и занимает только 47 место в мире. По оценкам экспертов, Россия тратит 93 тыс. долларов в расчете на одного исследователя. В то же время расходы Китая почти в три раза больше, США – в четыре, очевидно, что это очень серьезная проблема для конкурентного развития нашей страны.

За сухими цифрами стоят реальные возможности научного работника получить доступ к современной аппаратуре, пользоваться оборудованием и реагентами, в конечном счете, эффективность отечественных исследований.

Что касается внедрения результатов научных исследований. Реализация является наиболее сложным этапом научного продукта. В нашей стране коммерциализация передовых решений всегда была ахиллесовой пятой научно-технологической политики. И здесь нужны дополнительные стимулы и гарантии для предпринимательского сообщества. Этого мы в национальном проекте не видим.

Отдельный вопрос об аспирантуре. Мы убеждены в том, что нужно немедленно возвращать аспирантуру в научное русло. Раньше она была первой ступенью научного обучения, за которой следовали кандидат, доктор и профессор. Теперь из нее сделали некую третью ступень образования. С дипломом об окончании аспирантуры можно стать доцентом без научной степени.

Считаем, что эту ситуацию надо менять.

Теперь о целевых показателях, количестве научных публикаций и заявок на получение патентов.

Насколько эти критерии действительно отражают научный и технологический прорыв, к которому мы стремимся? Считаем, что не нужно делать фетиш из числа статей и патентов. Чем больше акцент целевых показателей мы делаем на эти формальные количественные параметры, тем больше давление со стороны профильного министерства в этом направлении, тем больше у нас будет бесперспективных, с практической точки зрения, публикаций и патентов. Эту пагубную ситуацию мы уже видим в системе вузовского образования.

Наверное, нужно задуматься о дополнительных критериях для инвестиций в исследования и разработки с точки зрения перспектив для бизнеса.

И последнее. Считаю крайне важным, что в нашем сегодняшнем обсуждении будущего отечественной науки принимает участие президент Академии наук.

Я помню, как в 2013 году в этом зале поспешно, без участия самих академиков, принимался закон о лишении Академии наук реальных полномочий в управлении наукой. Негативные последствия этого решения становятся всё очевиднее.

По действующему законодательству, к компетенции РАН отнесено экспертное и научное обеспечение деятельности госорганов, включая Государственную Думу.

Я надеюсь, что мы будем чаще слышать мнение академического сообщества по принципиальным вопросам, которые мы рассматриваем.

Спасибо большое.

Центральный Аппарат партии
Телефон: (495) 787-85-15
Факс: (495) 959-35-86
Пресс-служба
партии
Раб. тел.: +7 (495) 783-98-03
Моб. тел.: +7 (916) 249-49-47
(только для СМИ)
Общественная приемная
фракции "СР" в Госдуме
Конт. тел: (495) 629-61-01
Официальный сайт Политической партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ
Полное или частичное копирование материалов приветствуется со ссылкой на сайт spravedlivo.ru
© 2006-2019